 |
 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
ДЕМОКРАТИЯ - Замена путем выборов некомпетентным большинством для
назначения нескольких коррумпированных. Джордж Бернар Шоу
ДЕМОКРАТИЯ - самый худший вид правления, не считая http://quots.livejournal.com/. Уинстон
Черчилль
ДЕМОКРАТИЯ - устройство, которое гарантирует, что мы будем управляться
не лучше, чем мы заслуживаем. Джордж Бернар Шоу
ДЕМОКРАТИЯ- взгляд на мир, в соответствии с которым два вора украдут
меньше, чем один, три- меньше, чем два, четыре/- меньше трех, и так далее
до бесконечности. Генри Менкен
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Проблема с ложью заключается в том, что наше подсознание работает автоматически и независимо от нас, поэтому наш язык телодвижений выдает нас с головой. Вот почему сразу заметно, когда лгут люди, редко говорящие неправду, независимо от того, насколько убедительно они это преподносят. В тот самый момент, когда он начинают лгать, их тело начинает давать со-вершенно противоположные сигналы, что дает вам ощущение, что вам лгут Во время обмана наше подсознание выбрасывает пучок нервной энергии, ко-торая проявляется в жестах, противоречащих тому, что сказал человек. Не-которые люди, чьи профессии непосредственно связаны с обманом в разных формах, такие как политические деятели. адвокаты, актеры и телекоммента-торы, до такой степени выдрессировали свои телодвижения, что у них труд-но заметить, что они говорят неправду, и люди попадаются на их удочку, до-веряю им.
Они тренируют свои жесты двумя путями. Во-первых, отрабатывают те жесты которые придают правдоподобность сказан-ному, но это возможно лишь в том случае, если практиковаться во лжи в течение долгого периода времени. Во-вторых, они почти полностью устраняют у себя жестикуляцию, чтобы не присутствовали ни позитивные ни негативные жесты в тот момент, когда они лгут, но это тоже очень трудно сделать.
Из книги "Язык телодвижений"
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
С семидесятых годов 19 века прошлого века и до настоящего времени море выбросило на побережье Ньюфаундленда, Англии, Исландии, Норвегии, Дании, Японии и Новой Зеландии более 80 гигантских кальмаров. Почти все они имели в длину 10-15 метров. Самый крупный из измеренных экземпляров - кальмар, изученный Веррилем. Исполинское животное достигало в длину 55 футов, то есть около 18 метров. Несколько длиннее (19 метров) был кальмар, найденный на побережье Новой Зеландии. Он вошёл в науку под названием "длиннорукого спрута" - Architeuthis longimana. Его щупальца отличались невероятной длиной: лёжа на земле, кальмар мог дотянуться ими почти до шестого этажа!
Все равно, я считаю, кашалот сильнее, как бы ни был кальмар велик.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Между историческою необходимостью войны и ее отвлеченным отрицанием со
стороны отдельного человека становится обязанность этого человека
относительно того организованного целого (государства), которым до конца
истории обусловливается не только существование, но и прогресс
человечества. Но именно этот несомненный факт, что государство обладает
средствами не только для того, чтобы охранять человеческое общежитие в его
данном положении, но и для того, чтобы двигать его вперед, налагает на
отдельное лицо ещ е другие обязанности по отношению к государству, кроме
простого исполнения его законных требований. Такого исполнения было бы
достаточно, если бы государство было совершенным воплощением нормального
общественного порядка, но так как на самом деле оно, бу дучи условием и
орудием человеческого совершенствования, само постепенно совершенствуется в
различных отношениях, то единичное лицо обязано в пределах своих сил и
способностей деятельно участвовать и в этом общем политическом прогрессе.
Единичное лицо но сит в себе безусловное нравственное сознание совершенного
идеала правды и мира, или Царства Божия; это сознание получено им не от
государства, а свыше и изнутри, но осуществляем реально в собирательной
жизни человечества этот идеал не может быть без посредства подготовительной
государственной организации, и отсюда для отдельного человека, действительно
стоящего на нравственной точке зрения, вытекает прямая положительная
обязанность содействовать государству словом убеждения или проповедью, в
смысле наил учшего исполнения им его предварительной задачи, после
исполнения которой, но не раньше, и само государство, разумеется, станет
излишним. Такое воздействие лица на общество возможно и обязательно по
отношению к войне, как и во всех других областях государственной жизни.
Из книги Соловьева В.С. ОПРАВДАНИЕ ДОБРА.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |


 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Великолепное описание скачки (Френсис "Спорт королев"):
Финнюр был крупным гнедым с прекрасными качествами, красивый, пропорциональный и очень умный. Мне доставляло большое удовольствие смотреть на его спину и на острые настороженные уши. Вдобавок он еще и прыгал с потрясающей силой, и его скорость от последнего барьера до финиша казалась неправдоподобной. Когда я мчался на нем на последней прямой к финишу, у меня возникало такое чувство, будто я нажимаю на акселератор сверхмощной машины: все мелькало перед глазами.
До Большого национального стипль-чеза 1951 года я работал с ним семь раз, и он выиграл пять скачек. В первом нашем соревновании Финнюр упал, потому что его только что привезли из Ирландии и он не привык к английским барьерам. И второй раз, в Херст-Парке, его заменили другой лошадью, посчитав, что дорожка слишком для него крутая.
Пять успешных скачек, включая стипль-чез чемпионов в Ливерпуле, который он выиграл, на корпус обогнав Колоред Скул Боя! Артур Томпсон, жокей Скул Боя, и я брали каждый барьер вместе, и только скоростной рывок Финнюра перед финишем позволил ему выиграть.
На Святках 1949 года в Кемптоне Финнюр одержал свою самую замечательную победу и, думаю, поставил собственный рекорд. Его соперником была замечательная ирландская лошадь Коттедж Рейк, три раза завоевывавшая Золотой кубок в Челтенхеме и ни разу не потерпевшая поражения на скачках в Англии. Та самая Коттедж Рейк, которая годом раньше здесь же, в Кемптоне, обошла Роймонда. Неудивительно, что многие считали ее непобедимой.
Большую часть дистанции я не позволял Финнюру вырваться в лидирующую группу, чтобы он мог хорошо видеть все, что происходит впереди, и мы шли где-то посередине. Я собирался обойти остальных, когда мы повернем на финишную прямую. К несчастью, Артур Томпсон избрал такую же тактику, и у последних двух барьеров оказалось, что мы идем чуть позади него.
Чуть позади - это на полкорпуса, и я попросил Финнюра приложить все усилия, чтобы выйти вперед, и после страшной борьбы на всем пути до финишной полосы он обошел Коттедж Рейк на полкорпуса и победил.
Страшное возбуждение и удовлетворение от победы в такой скачке вызывают своего рода шок, перехватывает дыхание. От изнеможения и радости я едва мог говорить, когда лорд Байстер поздравлял нас на площадке, где расседлывают победителя.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

|
 |
|
 |